?

Log in

perfect sunday | дневник | пагубное влияние замировской

Aug. 5th, 2013 | 08:11 pm

с утра мы немного гуляем с енотом во дворе, потом я читаю на балконе майру калман, отдолженую у жени накануне в порыве пьяного бреда, но оказавшуюся очень к месту. майра пишет: я звоню своей тете в тель авив, ей 92 года. я спрашиваю ее, что важнее всего? она говорит: уверенность в себе.

это бы надо выжечь на лбу себе, восемь раз по-разному формулировала мысль, все не то, но сводится наверное к тому, что вряд ли можно сделать что-либо стоящее, пока думаешь что ты, труды твои и результаты трудов твоих ничего не стоят, гавно, смерть, кладбище, пидор. это так очевидно и так просто, но я совершенно не представляю, как заставить себя искренне перестать считать, что все что я делаю никому не нужно.

мы идем завтракать в португальскую кондитерскую, секретное место скрытое парковкой, внутри внезапно сумрак, голубые изразцы, портьеры с кистями, тысяча пирожных. енот хочет все. я не хочу. я ем американский завтрак, потому что со мной уже пару недель что-то не так в смысле еды. потом енот спит. сурок спит. я прихожу, ложусь рядом в одежде поверх одеяла, он говорит – чего ты как на вокзале? и я понимаю что меня скоро будут ебать.

потом мы едем на какое-то тайное озеро в горах малибу. озеро очень похоже на достопримечательности севера израиля, внезапный водоем в вулканических породах, только в израиле обычно, чтобы достичь долгожданной воды, надо переть по смертоубийственным тропкам вертикально вверх часа три по жаре и аду, а здесь весь подвиг укладывается в 20 минут довольно горизонтальной прогулки. андросова и ее португальский чувак (никакой связи с кондитерской, так вышло) ныряют со скалы, это такой терапевтический, видимо, акт, показать себе и толпе посторонних, что тебе не страшно, что ты можешь, может быть просто адреналиновый трип, не знаю.

я не ныряю, мне не страшно, мне нечего доказывать, у меня нет купальника и я ненавижу толпы посторонних, над которыми перед прыжком надо стоять на скале как на сцене. а единственное впечатление которое мне нынче хотелось бы производить, это впечатление железного стержня, потому что именно он дается мне с наибольшим трудом и о как приятно когда другие видят с усилием добытое, а не доставшееся в наследство. глаза там, голос, что еще, ум, пизда, не понимаю вообще эти комплименты, можно подумать я их сама испекла.

свето пишет мне в чат, что ей грустно, она вышла пройтись посреди рабочего дня, зашла в какую-то случайную церковь посреди нью йорка и стала там рыдать на лавочке. и это так прекрасно и кинематографично and the only thing really that makes sense, кинематографичность момента, возможность его запомнить, категоризировать, закупорить, доверчиво поделиться, вот.

Link | тык [12] | Share

Jul. 16th, 2013 | 08:57 pm

да, у всего этого есть в конце смысл и озарение (озарение очень тупого человека), но мне нравится цепочка событий ведущая к ним. в день независимости мы спонтанно потащились за андросовой на барбекю на какой-то крыше. крыша оказалась паралельным миром, где, как, например, в тель авиве или во сне, никто ни разу не менял сантехнику за последние 90 лет, все целуются при знакомстве, в 7 вечера нет ни одного трезвого человека и все рады друг другу, как в вудстоке.

дом на перекрестке ивар и франклин в стиле классического голливудского псевдогламура, в20х годах был гостиницей, потом его купили студии и стали селить там приезжих звезд. когда гламур поблек, его перепродали и сегодня это просто съемные квартиры, плотно заселенные однородной публикой креативного класса: режиссеры, продюсеры, сценаристы и другие обладатели небрежных бород, маек, с проженными сигаретой ранами и макбуков. двери везде открыты, с этажа на этаж в подозрительно лязгающем лифте с гробовой дверью, шастают толпы укуреных, кто в пизду, кто не в пизду, молодых людей. все обмениваются кивками, иногда краткой биографией (мой дядя часто ездит в москву, да ему нравится. он астрофизик. наша фамилия тшайкофски) и ласковыми комплиментами. с крыши виден весь город до океана, холмы по правую руку и внезапные для центра два кособоких и темных деревянных дома, которые с улицы не существуют. в кадках стоят какие-то хипстерские на вид, органические помидоры и другие коммунальные агрикультуры. люди, чьи окна в человеческий рост выходят сюда, не стесняясь испoльзуют их как дверь, чтобы присоединиться к жаждущим мяса и салютов. с мясом, впрочем, ничего не выходит, пропан кончился, идти всем лень, салюты видны панорамно, бесконечными далекими вспышками, трава крепчает, ночь нежна.

джони чайковский, точнее джонатан (в этом имени вся моя генетически-культурная сущность - русские корни, израильские корни, аккуратный американский фантик), даром что похож на молодого нортона, оказывается актером и в пятницу мы идем смотреть кино под названием concussion с его участием. кино неожиданно про лесбиянок (прекрасная джейн из дедвуда играет главную роль скучающей в счастливом лесбийском браке с двумя детьми домохозяйки, от гнета недоеба подавшаяся в лесбийскую проститутку и обретшая себя заново таким извилистым путем) и я, пробравшись на свое место с опозданием, в темноте и неведении, по окончании сеанса застаю себя в море, океане женских пар и причесок с андеркатами.

за фильмом следует q&a с актерами и главную героиню предсказуемо спрашивают как она готовилась к Сценам (я бы лучше спросила как она похудела на миллион киллограмм, до плоского, как мертвое море, живота и ног-палочек, это же удивительно), а она и говорит: я, говорит, старалась у каждой телки нащупать ее голод. потому что голод у всех разный. нащупать его и покормить.

и тут я прямо чувствую себя как человек который 30 лет учил иностранный язык и впервые понял целое предложение. как можно быть такой тупой, я не знаю, но шок и внезапность, у всех разный голод! то что работает со мной - не работает с другими. не всем нужна открытая нараспашку душа, не все соблазняются этим бесстрашным мясом, не все жаждут чтоб в них запустили руку и расставили органы, детские травмы и вчерашний обед по своим местам. не все готовы млеть от собственной поддатливости и падать спиной в первые попавшиеся руки. блять, все эти люди которые смотрели на меня с лицом разочарованного коня, они просто хотели совсем другого.

Link | тык [16] | Share

Sep. 8th, 2012 | 01:56 pm

жж хорош хотя бы тем, что люди становятся очевидными кастрюлями. и я поясню.

вот мы читаем человека, а потом видим его живьем, или наоборот, видим, а потом внезапно читаем. на вид человек спокоен. скулы его ровны, лицо умыто, он говорит какие-то обыкновенные слова, аккуратно складывает пакетик от сахара на блюдце. или комкает, неважно. это относительно посторонний человек для нас. на улице миллион таких. они почти манекены, статисты, деревья, фон. но мы смотрим в его жж и видим, что внутри-то у него бурление. его разрывает в клочья, как яйцо в микроволновке. или даже как клубнику в блендере. его обжигает собственная кровь. если отрубить ему руку или голову - фонтан будет бить до четвертого этажа. его обуревает смутное или явное, он восемьсот раз в день думает что не может больше. или наоборот. ему стоит неимоверных усилий не обвалиться на асфальт медузой и утечь в канализацию. ему кажется, что легче пробежать марафон два раза чем прожить на людях целый день, поддерживая мышцы рта в подобающем положении. внутри у него холодная и темная пещера. он приходит домой и проваливается туда как в шахту лифта небоскреба. но вот он сидит напротив, он убедительно улыбается, он делает довольно плавные движения руками, он просит еще одну. это уму непостижимый трюк какой-то. единственное что сдерживает меня от массовых расстрелов. эта вот надежда на двойное дно. где не суп. не рис. и не компот.

Link | тык [26] | Share

Jun. 22nd, 2012 | 01:55 pm

я посмотрел moonrise kingdom. я улыбался весь фильм. жентос улыбался так, что у него свело скулы. чувак перед нами хохотал, постанывая. я готов был женится на андерсоне, нортоне и френсис макдормэнт, удочерить всех детей и съесть финальные титры. жентос был еще готов жить во всех домах, но тут наши мнения разошлись, по-моему там было слишком много ковриков. потом я сел в машину и стал рыдать. доехал до дома в рыдании и прорыдав пол ночи с утра опять порыдал в машине.

если вы хотели пойти на этот фильм, но вам неохота рыдать и теперь вы сомневаетесь - don't. я просто люблю порыдать от кино вообще, но помимо рыданий на общепринятых трагедиях, вроде танцующей в темноте, я продолжительно рыдал, например, от следующих фильмов: титаник (потому что я недостаточно уникален и никогда не буду уникальным настолько, чтобы обо мне снимали кино, это душераздирающе); наука сна (потому что меня подкосила необъятная жалость к человечеству, обреченного на невозможность вербальных коммуникаций); и даже от мюзиклa мамамия (потому что я вдруг осознал, что папа умер и если я когда-либо решу бракосочетаться, он не сможет повести меня передать из рук в руки. и это при том что брак я тогда отвергал на корню как институт вообще и как церемонию в частности).

в данном случае, я сначала не мог вспомнить как на самом деле разговаривают 12ти летние влюбленные. хихикают ли они. способны ли они на самоиронию. могут ли они серьезно смотреть в глаза, как у андерсона. потом я думал, как удивительно, что мы доживаем до хоть сколько-нибудь преклонных лет, если все детство и некоторое юношество мы только и делаем что следуем за собственными желаниями, как консервная банка за машиной новобрачных, зажмурившись и визжа, не думая ни о каких последствиях. и тут я понял, что так уже оброс логикой какой-то, вменяемостью, способностью планировать, брать себя в руки, есть, блять, здоровую пищу и следовать дедлайнам, что последовать желаниям своим я могу с легкостью и грациозностью камаза, да и желаний-то никаких у меня нет. я пустая, хорошо утепленная на зиму многослойной защитой жестяночка, совершенно пустая изнутри.

Link | тык [15] | Share

1.10

Apr. 22nd, 2012 | 09:25 pm

когда енот упорно делает вид, что не хочет спать, а моральных сил укладываеть ее ни у кого нет, мы складываем ее в кровать и ждем минут пять пока ей самой надоест бодрствовать. поначалу она взывает бодро и дипломатично: мами или папи! мами или папи! некоторое время возится, очевидно укладывает собак или пытается вылезти и потом, потеряв надежду на родителей извергов, жалобно призывает козюлю: миау? миау?

моя любимая игра с ней называется ложись и спи. я ложусь, она укрывает меня всем, до чего дотягиваются лапы - своим белым одеялом, двумя собаками, подушкой, пижамой и иногда даже бумагой для рисования, чтоб наверняка.

другое классическое развлечение - обувание родительской обуви и инсценировка ухода. скрупулезно, причем, подбирает пару, долго прощается, пока, бай, пока, воздушные поцелуи, пока, бай.

любит усесться почти нос к носу и перечислять составные части лица, волшебно сочетая нежность и силу тыкая в перечисляемое, включая ноздри и язык, сначала мои, потом свои. козюля почему-то не любит эту игру.

очень четко формулирует желания - не просто собирать паззл, а собирать сидя на полу, в моем присутствии, но без непосредственного участия. иногда также требуется, чтобы я при этом нежно гладила козюлю или пела песню. на счет раз всех расставляет на нужные позиции, чисто гроссмейстер и его шахматные фигуры.

словарный запас ограничивается, за некоторыми исключениями, глаголами в повелительном склонении, дай, вставай, сиди, спи, а также наименованиями животных, иногда совершенно неожиданых, типа аиста и бегемота, но это никак не мешает беспрерывному потоку экспрессивной болтовни с попытками вовлечь всех присутсвующих в диалог посредством вопросительных интонаций и драматических пауз. также, благодаря садику, в ходу незаменимые в словаре молодой эллочки-людоедки многофункциональные "вау", "фу" и "о-о".

воспылала необъяснимой любовью к буквам (я ее не натаскивала, но в айпаде есть пара приложений) и вместо того чтобы требовать нарисовать ей каких-нибудь кисок, требует аааа и бииии. также усердно тыкает пальцем в книги, упаковки, майки — все где приметит милые сердцу очертания. не всегда впопад, просто обозначает наличие букв как знакомой субстанции.

не менее усердно и необъяснимо нюхает все цветы встречающиеся на пути, включая нарисованые в книгах и на стенах, а также те, к которым надо ползти сквозь колючие кусты, неприступные горы и глубокие реки. причем обязательно картинно согнуться в три погибели и носом уткнуться прямо в тычинки, иначе не пахнет.

обезьянничает иногда с устрашающей точностью. на днях сурок заказывал по телефону еду, расхаживая по комнате с меню, тут же вижу — идет зеркальное отражение, прижимает к уху одну руку лодочкой, в другой меню, але и далее неразборчиво, но интонации повелительные.

такой дайджест себе на память, а также god bless washable crayons и
тихий часCollapse )

Link | тык [32] | Share

Feb. 13th, 2012 | 09:29 pm

иногда мне кажется, что мы все такие бедняги, господи. сидим в одной утлой лодке и медленно истекаем кровью. изредка видим неебически красивый рассвет. или закат. но при этом из нас все равно медленно сочится кровь. а главный пиздец в том, что нам кажется, будто страдания наши уникальны. и мы одиноки в них, как солнце в зените. and that's life.

Link | тык [9] | Share

Feb. 12th, 2012 | 10:37 pm

Я разучилась, кажется, писать, но нашла очень старый кусок черновика следующего содержания:


До отлета домой оставалось три недели. Дел уже никаких не было, оставалось просто ждать. Время было странное, неподгоняемое и не задерживаемое, оно будто не очень знало как себя вести. Просто лежало осевшей кучей талого снега. Я питалась яблоками и печеньем, целыми днями перекусывая, потому что на себя одну готовить бессмысленно и глубоко лень. Все дни казались мне вялыми субботами. Я вставала поздно и пока был свет, сидела у окна и читала, больше поглощая свет, чем впитывая книжные буквы. Когда темнело, я курила и смотрела в тающее окно, как в телевизор.

Иногда проходило несколько дней без единого телефонного звонка, на улице мерзко моросило, мне не хотелось выходить за едой и я подъедала сухие запасы. Когда кончалось печенье, приходилось варить вермишель и я ловила себя на мысли, что за несколько дней я не говорила ни слова. Тогда я откашливалась и пару минут напевала как я хочу опять быть охотником, просто что бы вернуть ощущение собственной осязаемости.

Через какое-то время эта хроническая невыговореность создает внутри такой микроклимат, который боязно нарушать и я стала ездить за покупками не налево, в De Meern, а направо, в большой магазин, где можно было не говорить ни слова, только слегка кивнуть кассирше. На рыночной площади тоже можно было набрать пакет яблок, отдать краснощекой Герде взвесить и протянуть деньги в обмен, но они всегда странно смотрят если совсем молчать.

Иногда одиночество быстро прокатывалось во мне, неуправляемым стальным шариком допотопных игровых автоматов, не угнетая особо, но ясно напоминая о своем существовании. И все это было терпимо, кроме одного -- кожа моя покрылась зудящей пленкой неприкосновенности.

Link | тык [12] | Share

Feb. 5th, 2012 | 09:38 pm

как бы мне хотелось, чтобы в ответ на «вот, нарисовала натюрморт» или «вот, написала рассказ» - можно было бы честно и без тени зловредности сказать: this is god damn awful. seriously. please don’t ever do it again.

как бы мне хотелось, чтобы люди никогда, никогда не писали в комментариях к посредственным лицам без намека, к тому же, на осмысленность: «ооо, какая красавица» или там «breathtaking beauty». потому что breathtaking my ass и хуй проссышь, стоят ли чего-то подобные восторги, например, в твой адрес, ведь хочется всем верить, но потом встречаешь те же этпитеты под каким-нибудь простигосподи

в общем, хотелось бы, чтобы все были социопатами вроде меня, чуждые социальным нормам и книксенам, но не чуждые вниманию к деталям и искреннему восторгу, которому зато всегда можно верить

и тогда ожидания не расходились бы так болезненно с реальностью
и все бы занимались своим делом.

Link | тык [21] | Share

Sep. 7th, 2011 | 09:35 pm

Линор пишет про программиста, который в четыре часа утра, в лаборатории, заваленной огрызками пиццы, смотрит на работающий кусок кода и шепчет: «Это сделал я!.. Это сделал я!..» Практически идентичные чувства испытываю, кажется, я, укладывая енота спать – когда она уже мерно дышит и расслабленным лицом становится больше похожа на сурка, чем на меня, я кладу ей руку на пузо, пузо ритмично и умиротворающе, как океанский прибой, нарастает и опадает, и я с необоснованной гордостью и нежностью думаю: надо же, как пиздато работает

Link | тык [5] | Share

Aug. 7th, 2011 | 09:18 pm

кому-то может показаться странным, как человек такой внешне неотвратительный, пропорционально сложенный, незаурядных, со среднестатистической точки зрения, способностей, с относительно сложившейся личной жизнью и даже с некоторой долей удачливости в большинстве начинаний, может быть таким грустным, если не сказать суицидальным нудлом как я.
по-моему же, все логично. это такая гирька, для равновесия. вот кому-то непривлекательному и, при этом, никчемному дается жизнерадостность и оптимизм. иначе, конечно, он сразу захочет умереть.

а мне - хуй.

так и живем.

Link | тык [26] | Share